И всё получится, и всё завертится, Сначала весело, потом повесишься...
– Я вернусь... – Тихо сказал он, и сам удивился, как фальшиво прозвучали его слова в тишине. Он впивался пальцами в дверной косяк, словно заставляя себя остаться.
– Не ври хотя бы сейчас, – Голос лежащей на кровати спиной к нему девушки прозвучал грустно. Вся надежда ушла из нее, она сильно изменилась за прошедшее время, вряд ли кто-то узнал бы в той солнечной, веселой красавице новую ее: сутулую, с потухшими глазами и усталым голосом.
– Не ври...
Ее боль заставила его подбежать к ней и, заглянув в ее лицо, с отчаянием крикнуть:
– Ну что я могу поделать?! Ты же сама знаешь... – Ее холодные пальцы закрыли ему рот, не дав договорить. Она села на кровати, всматриваясь в его лицо, стараясь запомнить каждую преждевременную морщинку, каждый шрамик.
– Не оправдывайся. Ты заслужил это. Ты заслужил, и ты будешь жить... Можно я только попрошу тебя об одном?
Он кивнул, отводя глаза от ее лица. Он сам сделал ее такой, он и беспощадная, равнодушная планета, на которой приходилось выживать, ценою жизни других... Планета, абсолютно не годная для людей. И вот, теперь он спасется, но больше не увидит ее, не услышит ее голос, не дотронется до темных волос... Возможно, она и проживет период обострения. Но усталый и вымученный организм все равно даст сбой. На работе он видел таких, сдавшихся, не имеющих даже сил бороться. «Максимум через год она умрет» - подумал он, и сам испугался циничности своей мысли.
– Забудь меня. Там у тебя будет другая, нормальная, жизнь, новые знакомые, которые только лишь слышали об этой планете, красивые девушки... Просто пообещай, что забудешь, ведь ты достоин большего... Ты врач от Бога, а я лишь жалкая и никчемная дурочка, которая хотела выпендриться, показать всем, что она лучше, прилетев сюда. Забудь...
Он боялся встретиться взглядом с ее глазами, боялся прочесть в них упрек, и еще больше боялся увидеть обреченность...
Она ведь так любила жизнь, хотела завести ребенка, хотела улететь отсюда. Но билет по иронии судьбы достался именно ему, как хорошему врачу с большим будущим.
– Хорошо, – ответил он, замечательно зная, что не забудет. Будет долго топить ее образ и память на дне бутылки, будет вглядываться в пустые глаза шлюх и понимать, что в них нет ничего от нее, будет ночами смотреть на звездное небо и искать маленькую планетку с атмосферой, не пригодной для жизни. Когда-нибудь, возможно, у него будет семья. Нелюбимая жена, маленькие сопливые дети. Все будет так просто и банально, но в то же время совсем не так, как он бы хотел.
Но он ведь сам предал свою любовь, как предал и любимую женщину... Почему так всегда, выбирая между любимым человеком и своей задницей, мы обязательно выберем себя?!
Он тихо поднялся и, не сказав больше не слова, вышел за дверь. Сбежал вниз по маленькой лестнице и прошептал, глядя в серое, низкое небо:
– Я буду жить...
По бетонным плитам он быстро дошагал до космопорта: маленького одноэтажного здания, возле которого стоял темно-серый небольшой корабль.
– Корабль «Эриан – Земля» стартует через пятнадцать минут. Просьба всем пассажирам предъявить билеты и занять места, – произнес из динамика безжизненный женский голос.
Он оглянулся, в последний раз посмотрев на город. Он навсегда улетает с планеты, на которую прибыл семь лет назад. Говорят, семь – счастливое число. Для него оно стало числом смерти и боли, тоски и безнадежности. Семь долгих лет он терпел, ждал, когда наконец-то сумеет выбраться... Но самым странным было, что теперь, получив то, о чем так мечтал, он абсолютно не испытывал радости. На ум пришел старый, бородатый анекдот: «Знаете, в городе появились фальшивые елочные игрушки. С виду они как настоящие, а вот радости от них никакой...». Вот и у него все было как в этом анекдоте: вроде бы надо радоваться, что вырвался, ан нет! Грустно...
Он сунул билет в руки стоящего возле корабля проверяющего и поднялся по трапу в нутро корабля. Он сделал свой выбор. У него будет другая жизнь...
Через десять минут корабль стартовал.

P.S. писалось сие мною когда-то давно.

@темы: (с) Я, рассказ, жизнь по расчету